В немую бездну вдруг вступив ногой,
Я становлюсь умеренной и кроткой,
Отправив все желанья на покой,
Отраву отдыха вновь называю водкой.

Качаюсь, балансирую на грани,
Пером растрепанным невольно становлюсь,
Я не хочу кого-то в кровь изранить,
Уж лучше сразу в свой полет сорвусь.

Невольная раба земных желаний,
Вновь потакаю всем его делам,
А как затем средь горечи признаний,
Опять пуститься в путь, да по своим следам.

Я - яркий отблеск чуткости, а значит,
Что я невольник, раб слепого чувства,
И если вдаль пошла, то путь уже и начат,
И завершить его, назвав на миг искусством.

Я сладкая и горькая на вкус,
Все эти страсти – даль от сумасбродства,
Но как хочу коснуться этих уст,
Не замечая степени уродства.

Я - странник с переменчивой судьбой,
Вплетающий сквозь гул свой дикий крик,
Я не хочу, чтобы, признав святой,
Среди борьбы всплеснуться в этот миг.

И в нем навечно прахом раствориться,
Извлечь средь догм все сути Бытия,
Безгрешной быть, а после слиться
С крылами ангелов, туда, где быть нельзя.